И угодно было это предложение всему собранию, и избрали Стефана, мужа исполненного веры и Духа Святого, и Филиппа, и Прохора, и Хонна, и Тимона, и Пармена, и Николя. (Деяния 6:5)

ТЕКСТ ПРОПОВЕДИ:

Давайте вспомним одного интересного персонажа, мы как-то редко обращаем на него внимание. Хотя интересно написано об этом персонаже не так уж и мало, я бы сказал по меньшей мере. Мы имеем несколько эпизодов, благодаря которым можем даже где-то проследить духовный путь судьбы этого человека. И вроде бы и имя его более или менее на слуху, но, как я уже сказал, редко мы обращаем на него внимание. Поэтому давайте сейчас посмотрим на этого человека, на его некий портрет, на его судьбу, да, на его духовный путь и, собственно, сделаем из этого какие-то важные для себя уроки. Я имею в виду одного из семи диаконов, да, которых, как известно, избрали по решению апостолов, избрали для особого, скажем так, специфического служения. Собственно, вот благодаря вот этой первой семёрке и происходит фактически появление в ранней церкви диаконского служения. И вот один из этих семи диаконов, собственно, я даже не Стефана имею в виду. Вот про Стефана как раз мы вспоминаем достаточно регулярно. Я имею в виду диакона Филиппа, диакон Филипп, о котором мы говорим меньше, но о котором тем не менее написано, наверное, даже больше, чем об известном. Итак, давайте немножечко проследим вот путь этого персонажа, путь вот этого героя Веры, потому что, собственно, его пример действительно один из самых ярких, наверное. Начнём мы, собственно, с того момента, о котором я только что упомянул. Это, собственно, само избрание семи дьяконов. Поэтому обратимся к книге деяний, шестая глава. Я прочитаю пятый стих. Книга деяний апостолов, глава, пятый стих: «И угодно было это предложение всему собранию, и избрали Стефана, мужа исполненного веры и Духа Святого, и Филиппа, и Прохора, и Хонна, и Тимона, и Пармена, и Нико- ля». После Стефана, вот как правило, в перечнях имён, да, в следовании имён, согласно древним традициям, есть своя логика, свой смысл, которую по-разному можно расшифровывать, но тем не менее она есть. Как правило, списки имён не делались произвольно, да, делались с определённым значением. Это сейчас может быть мы где-то меньше можем уделять подобным нюансам внимания, но в древнем мире всё это играло достаточно серьёзную роль. Имела значение. И в любом случае мы видим, да, что имя Филиппа стоит вторым сразу после Стефана. Стефан действительно проявил себя как герой Веры, как даже пионер в некоторых моментах. Давайте вспомним, что вот этот впечатляющий эпизод в момент гибели Стефана, в момент его мученичества, да, за веру. Мы видим, точнее, он видит, да, и передаёт нам стоящего Христа. Хотя при этом чисто с богословской позиции мы хорошо знаем, что Иисус, будучи вознесённый, восседает одесную отца, а в этот момент мы видим стоящего Христа, который, собственно, приветствует первого мученика. Как правило, чаще всего именно так толкуют этот момент. Да, почему вдруг сейчас Иисус показан стоящим? Ну, не суть, собственно, не о Стефане мы говорим, да, а то, что имя Стефана, стоящего на первом месте здесь, как раз вопросов никаких не вызывает. Действительно, это герой Веры, который, правда, совершил короткое служение, но тем не менее чрезвычайно яркое, чрезвычайно достойное. А вот Филипп, который стоит на втором месте, да, он может быть не настолько ярок, но тем не менее путь его более длителен, и соответственно, ес- ли уж брать в количественном выражении, то его служение имеет, скажем так, больший показатель, чем у Стефана. Хотя, честно говоря, какими мерками оценивать успех духовного служения — это вопрос особенный. Да, и здесь количественные показатели далеко не всегда играют какую-то определяющую роль. Но тем не менее, и вот давайте дальше посмотрим на то, что происходит, собственно, с ним, да, которого избрали, вот, собственно, на это служение по рекомендации. Как мы видим, к дьяконам предъявляется определённое требование, да, то есть, как сказали апостолы, это должны быть люди изведано и исполненные Духа Святого. Хотя при этом мы знаем, что для чего, собственно, избирались дьяконы, для того чтобы, опять же, выражаясь словами апостолов, столы, да, то есть, ну, заниматься неким хозяйством, организацией, логистикой, да, и так далее. То есть именно как бы хозяйствование. Сразу первое, что вот вызывает интересный вопрос такой, да, странный подход. Люди выбирают, выбираются для того, чтобы совершать некие хозяйственные, да, деяния, то есть исполнять какую-то совершенно физическую, да, организаторскую и так далее, но при этом требования содержат в себе исключительно духовные какие-то моменты, да, изведано и исполненных Духа Святого. Никаких требований относительно их, скажем так, насущной профессиональной деятельности не звучит. Интересный момент, да, то есть вот основной акцент всё-таки ставится немножечко на другом. И, наверное, в этом как раз есть онно, которую можно подметить, которая впоследствии проявится. Ну вот, собственно, на примере даже того же Филиппа, хотя на примере Стефана тоже. И вот дальше, давайте обратим внимание, как же идёт путь диакона Филиппа. Откроем восьмую главу книги деяний. Книга деяний, восьмая глава, я прочитаю с пятого по тринадцатый стих, немножечко такой большой раздел. Ну, просто потому, что много событий здесь происходит, довольно трудно как-то выделить отдельные какие-то отрывки текста, поэтому большой отрывок. Книга деяний, восьмая глава, с пятого по тринадцатый стихи: «Так Филипп пришёл в город Самарийский. Он творил чудеса, ибо нечистые духи из многих одержимых ими выходили с великим воплем, и ногие расслабленные и хромые исцелились. И была радость великая в том городе. Находился же в городе некоторый муж именем Симон, который пред тем волхвал и изумлял народ Самарийский, выдавая себя за нечто великое. Ему внимали все, от мала до велика, говоря: Сей есть Великая сила Божья. И внимали ему потому, что он немалое время изумлял их волхвствами. Но когда Филипп начал благовествовать о Царствии Божьем и имени Иисуса Христа, то крестились и мужчины и женщины. Уверовал и сам Симон и, крестившись, не отходил от Филиппа, видя совершающиеся великие силы и знамения, изумлялся». Судьба Филиппа в общем-то более-менее известна. Он действительно принял крещение впоследствии, как раз задумал получить, что называется, дар Божий за деньги. Да, как ему потом скажет Пётр, э, и, собственно, Пётр его весьма так сурово обличил и предупредил. Да, что Симон вроде бы и крестился, но на самом деле очень сильно не понял, что он делает, потому что во, скажем так, в логике его поведения совершенно явно была видна корысть. Вот до этого он волхвал, да, а сейчас увидел апостола, который совершает на порядок более больше чудес, да, чем вот удавались ему волхвством, и он соответственно подумал, что это, ну, какой-то, какая-то новая ступень вот этого самого колдовства. Да, поэтому, собственно, здесь и деньги, да, и уговоры и прочее другое. То есть Симон действительно много чего сильно не понял. Ну, обращаемся к Филиппу. Итак, что делает Филипп? Как минимум два момента мы здесь сразу можем увидеть. Момент первый: Филипп проповедует самарянам в городах, и он здесь, фактически, пионер этого благовестия. Потому что ни х планов, по крайней мере, озвученных, апостолами, чтобы идти в самари проповедовать. Да, вот Иисус об этом говорил, что вы пойдёте в Иерусалим, в самари, до края земли, но сами апостолы таких планов не озвучивали. И вот Филипп, оказавшись в самарии, он, фактически, пионер. Да, он первый, кто начинает это делать. Он начинает благовествовать в самарийские города. И вот здесь давайте просто вспомним, что согласно очень краткой, ёмко и точной характеристике Евангелиста Иоанна, иудеи с самарянами не сообщались. Между ними была такая вражда, которая доходила, вот, до отношения презрения, полного пренебрежения целым народам. Да, что они даже не разговаривали, они не выстраивали никаких форм общения друг с другом. Несмотря на то, что это соседние народы. Да, израильтяне и самаряне. А и вспомните, как была изумлена самарянка, когда с ней заговорил Иисус. Как были изумлены его ученики, когда Иисус захотел пойти через самари. Здесь опять же, даже давайте вспомним, что когда галилейские евреи, живущие там на севере, да, ходили в Иерусалим на поклонение по праздникам, они никогда не ходили прямой дорогой через самари. Хотя это был самый короткий путь. Они всегда обходили её, либо вдоль берега моря, либо вдоль Иордана, да, тем самым, скажем так, идя более долгим путём, но никогда не ходя через самари. То есть вот такая степень неприятие одного народа другим. Да, собственно, даже с теми язычниками, с римлянами, с греками, сирийцами, да, израильтяне то как раз общались, торговали, какие-то вопросы решали, да, то есть там понятно, тоже был такая немалая доля презрения, но по крайней мере было общение, хоть какое-нибудь. А с самарянами этого не было вообще. И вот Филипп оказывается в этих самарийских. Мы видим, что он творит чудеса, такие, что этому изумляет местный колдун, который, судя по всему, тоже что-то из себя представлял в оккульт плане. И в конце концов, ка- еется и этот самый колдун Симон. Да, волхв. И вот два эпизода служения Филиппа, которые мы с вами видим, очень плодотворное, очень эффективное и даже эффектное служение с чудесами и исцеления. Да, и покаяние вот этого мага. Ну, пусть может быть не полное покаяние, да, но, скажем так, этот маг тут же признал своё поражение. Несмотря на то, что он не был, что называется, прямым шарлатаном, да, коих сейчас много, когда люди вроде бы тоже сообщают, что они какие-нибудь потомственные там маги, волшебники и так далее, целители, а на поверку, на самом деле, это просто ловкачи, да, которые достаточно красноречивые, которые неплохие психологи, но на самом деле никакой, собственно, сверхъестественной оккультной силы у них нету. Симон представлял собой действительно такого любопытного персонажа. Он действительно был колдуном настом. Да, но на фоне Филиппа тут же признал своё поражение. К сожалению, это не привело его к окончательному покаянию, но во всяком случае мы явно видим победу Филиппа, да, в этом, скажем так, необъявленном противостоянии. Что называется, поехали дальше. Давайте вспомним ещё один следующий эпизод в этой же вой главе. Прочитаем, сёд- се стих. Деяния, глава 26-27. «А Филиппу ангел Господень сказал: «Встань и иди на полдень, на дорогу, идущую из Иерусалима в Газу, на ту, которая пуста». Он встал и пошёл. И вот муж Ефиоп, евнух, вельможа Кандакии, царицы Ефиопской, хранитель всех её сокровищ, её, проезжавший в Иерусалим для поклонения. Ну и дальше, собственно, этот человек, мы знаем, читает книгу пророка Исаии. Это слышит, и с этого момента начинается, опять же, его благовестие вот этому эфиопу, енудху, благословенного благовестия. Да, когда по-настоящему верующим становится довольно знатный вельможа, который, вернувшись в свою страну, начинает распространять Веру во Христа. И там, собственно, да, Эфиопия — это одна из наиболее ранних христианских стран, скажем, вне контекста Римской империи. Итак, второй эпизод. Ну, еш- один эпизод. Давайте прочитаем здесь же, восьмая глава, сороковой стих. После благовестия евнуху, сороковой стих повествует следующее: «А Филипп оказался в Азоте. И проходя, благовествовал во всех городах, пока пришёл в Кесарию». Ну, собственно, даже зачастую толкуют, вот это слово «оказался», естм определённым действием или подтекстом, да, то есть он как будто был вознесён или восхищён туда. Тем более, предыдущий стих упоминается образ ангела, да, который его восхищает и переносит и так далее. То есть ещё один такой чудесный сверхъестественный момент. И опять же, свидетельство об очень успешном, таком, эффективном благовестии, которое совершает Филипп. Ну и последнее, последний отрывок о нём, который где есть упоминание, собственно, о Филиппе. Это книга деяний, двадцать первая глава, восьмой стих. Книга деяний, двадцать первая глава, восьмой стих: «А на другой день Павел и мы бывшие с ним вышли и пришли в Кесарию. И войдя в дом Филиппа благовестника, одного из семи диаконов, остались у него». А и дальше в контексте упоминаются его дочери, да, которые пророчествуют, которые в том числе предупреждают Павла грядущих для него очень тяжёлых испытаний. И, собственно, действительно, это был голос Божий, предупреждение от Бога, чтобы Павел был к этому готов. Итак, вот, собственно, путь Филиппа. Понятно, что история сама по себе многогранная, как вообще человеческая жизнь, да, а здесь, пусть в нескольких штриха, но тем не менее мы проследили как бы всю судьбу человека, да, почти вот от начала и до конца, поняв какие-то аспекты его жизни. Какой вывод можно сделать? Опять же, понятно, что можно делать много разных выводов, но я сделаю следующий. С одной стороны, Филипп был избран для исполнения диаконского служения, которое в нашем понимании действительно, как бы, скажем так, не сводится до неких хозяйственных функций, да, пищи, о столах. Да, чтобы у всех было, что было в порядке, онино и далее. Интересное, что Филиппа мы практически и не видим за исполнением вот этих сугубо диаконских обязанностей, но зато мы видим, как он благовествует и очень успешно. Мы видим, как он творит чудеса, мы видим, как ему отдают должное даже враги. И мы видим, что вот даже в судьбе Павла, собственно, он сыграл некую свою роль. Этот человек был, безусловно, успешен в духовном плане. Знаете, каким он был дьяконом? Ну, в прямом смысле этого слова, опять же, в нашем стереотипно, но мы видим, что он потрясающий христианин и благовестник. А знаете, с другой стороны, я далёк от мысли, что его, скажем так, в дьякона избрали, но дьяконом он не стал. Ну, это тоже было бы странно. Да, скорее всего, избрали его дьяконом, был он дьяконом. Да, его на это служение благословили. И видя, собственно, вот Божье благословение в жизни этого человека, вы, вот у меня простой и следующий вывод. Какое бы служение мы не несли, какие бы церковные обязанности не имели, но благовестие — это всегда наше главное и основное служение, кем бы мы ни были, чем бы не занимались. Но христианин — благовестник всегда. Пусть Господь благословит нас быть подобными Филиппу, который был вроде бы и не Благовест, но благо вестником. Аминь.

Александр Владимирович Митрофанов.